Е. П. Сизёнов Сестрорецк и Колпино: Исторические параллели и пересечения (НТЖ [48] — 2014)

Для колпинских краеведов ознакомление с прошлым Сестрорецка стало необходимым при написании первой подробной истории Колпина, вышедшей несколько лет назад1. Правда, поначалу возникали лишь отдельные эпизоды, разделённые длительными временными перерывами и потому почти не связанные между собой. Определённая система культурно-исторических параллелей сложилась, однако, достаточно скоро.
Современные крупные города, входящие ныне в статусе муниципальных образований в состав Санкт-Петербурга, Сестрорецк и Колпино возникли на отвоёванных землях Ингерманландии, с 1617 г. находившихся под властью шведской короны. Местом победных баталий русской армии реки Ижора и Сестра стали уже в первый период Северной войны. В августе 1702 г. корпус П.М. Апраксина разбил отряд шведского генерала А. Крониорта на реке Тосне, после чего гнал его 15 вёрст до Ижоры, овладев Ижорской мызой. Вскоре была освобождена вся Ижорская земля, занята река Нева на всём её протяжении, в мае 1703 г. был взят Ниеншанц и заложена крепость Санкт-Питербурх.
Попытку вернуть утраченные земли шведы предприняли в июле 1703 г. Отряд под командованием того же Крониорта выдвинулся из Выборга в район реки Сестры, где был встречен шестью русскими полками — Преображенским, Семёновским и четырьмя драгунскими. Бой закончился тяжёлым поражением отряда и спешным отходом оставшихся в живых шведов до линии Выборг — Кексгольм2.
Так Ижора и Сестра оставили свой след в истории Северной войны. Теперь предстояло закрепить её итоги — победоносные для России, но пока промежуточные: ведь мир ещё не был подписан. Для закрепления присутствия России в Балтийском регионе требовалось провести быстрейшее хозяйственное освоение отвоёванных территорий. Для окончательной же победы над сильнейшим противником было необходимо бесперебойное снабжение армии и флота современным оружием и снаряжением. Таким образом, по словам исследователя, «в решении задачи обеспечения национальной независимости и самостоятельности русского государства <…> Пётр главную роль отводил промышленному развитию России как основе богатства страны и укрепления её оборонной способности»3.
Первая четверть XVIII века — период бурного роста всех существовавших в то время
отечественных отраслей производства. Казённые и частные мануфактуры, поощряемые правительством, возникали повсеместно. При этом царь наиболее «быстрыми темпами развивал горнорудное дело, металлургическую промышленность и на этой основе строил заводы по производству всякого рода вооружения»4. Размещались они в наиболее удобных, с точки зрения тогдашней ситуации, местах. Несколько производств появилось и в окрестностях новой российской столицы. Несомненно, Сестрорецкий и Ижорский заводы среди них выделялись особо. В первый век своего существования они прошли во многом сходный путь.
Датой основания Сестрорецка считается 20 сентября (н. ст.) 1714 г. — в этот день Пётр I, осматривавший вскоре после Гангутского сражения возвращённые России земли, впервые вступил на берег реки Сестры. В 1719 г. в Дубках произошла закладка летнего царского дворца по проекту архитектора С. ван Звитена5.
В том же году рядом с лесопильной мельницей в районе Ям-Ижоры, построенной в 1710 г. для А.Д. Меншикова, а с 1712 г. находившейся в ведении Адмиралтейства, сподвижник Петра I вице-адмирал Корнелиус Крюйс основал медный и проволочный вододействующие заводы. Для руководства ими был назначен проволочный мастер А. Нитцель.
Почти сразу, по-видимому, у Петра I возникла и мысль о строительстве рядом с Дубками оружейного завода. Во всяком случае, уже осенью 1720 г. «плотяной мастер» Венедикт Беер доложил царю об окончательном решении строить плотину в месте крутого поворота реки Сестры на северо-запад, ниже впадения в неё реки Чёрной, «дабы машины действием воды в движение приводились»6.
В производстве в то время обязательно требовалось использовать энергию падающей воды, поскольку именно с её помощью приводились в движение станки и механизмы. В результате на Сестре, также как и на Ижоре, появились плотины. Благодаря им образовались обширные искусственные водоёмы, Сестрорецкий и Ижорский «разливы», во многом определившие планировку будущих городов. Сначала плотины были деревянными, и неоднократный прорыв их в 1-й половине XVIII века приводил к паводковым затоплениям и в Сестрорецке, и в Колпине. Требовалась их коренная реконструкция, но об этом ещё будет сказано ниже. Сначала о возникновении самих предприятий.
Сестрорецкий оружейный завод строился в 1721–1724 гг. сначала под руководством полковника артиллерии Виллима Геннина, затем подполковника Матвея Вырубова. Первоначально предприятие состояло из 20 производств, называвшихся «Сестрорецкие металлические заводы»7: «двух якорных мастерских, домны, стальной мастерской “для выделки клинков и багинетов”, шпикарни, где изготовлялись гвозди для Адмиралтейства, проволочной, пушечной, фонарной, котельной, пильной, стволовой, заварной, точильной, отделочной, замочной и других»8. Уже в 1722 г. царским указом они были переданы в ведение Адмиралтейства9. Тогда же на территории заводов появилась деревянная часовня, освящённая во имя Свт. Николая Чудотворца.
Одновременно летом 1722 г. завершился перенос пильных мельниц из Ям-Ижоры вниз по реке, а в декабре, как записано в церковной летописи, «по указу Святейшего Синода и по просьбе надзирателей Феоктиста Вындомского и прапорщика Симеона Хрущёва, с товарищами» была установлена полотняная церковь во имя Свт. Николая Чудотворца10. Так возникла Колпино-Никольская слобода, положившая начало селению Колпино. На новое место переносятся также медный и проволочный заводы, но их производительность настолько низка, что Адмиралтейство даже перестаёт выплачивать А. Нитцелю жалование.
Однако на Сестрорецких заводах начали строить машину для битья медных досок и для вытягивания проволоки, и Нитцель с учениками был направлен туда. Дополнительно указами от 22 мая 1724 г. Адмиралтейств-коллегия постановила перевезти на Сестрорецкий завод «находящиеся при медном и проволочном заводах инструменты: молоты, наковальни, клещи, валы, мехи большие и малые, столбы, доски чугунные, которые кладутся в горны и кругом горнов, стулья обитые железом, в которых наковальни становятся и станки, в которых хомуты ходят, к горнам связи литые и кованные блоки, канаты, доски стальные, в которых проволоку тянут, клещи большие, ножницы и прочие инструменты к плавильным печам, к проволочному делу и битью медных досок»11.
Очень быстро Сестрорецкий завод «...стал одной из наиболее крупных централизованных мануфактур Петербургского региона. В 1727 г. количество специальностей здесь доходило до 50. Разного рода мастеров, подмастерьев, учеников и работных людей на заводе насчитывалось 683 человека»12. Впрочем, завод не так долго состоял в ведении Адмиралтейства: в 1732 г. его передали в ведение Канцелярии артиллерии и фортификации.
Минуло три четверти века. В 1798 г. рядом с Адмиралтейскими Ижорскими заводами13 в Колпине был построен оружейный завод Артиллерийского ведомства. С упразднённого Кременчугского оружейного завода сюда перевезли оборудование и перевели мастеровых. Они же были переведены и с Сестрорецкого завода. Для нового производства построили 19 зданий, из которых каменными были только два, остальные — деревянные.

(План реконструкции Адмиралтейских Ижорских заводов,
утверждённый 1 октября 1803 г.)

Планировалось выпускать до 3 500 ружей в год (при 180 работниках), но расчётная себестоимость одной единицы продукции оказалась выше, чем на заводах в Сестрорецке и Туле, и в 1802–1803 гг. всё оборудование перевели в Сестрорецк, а здания передали Ижорским заводам.
Правда, процесс растянулся во времени. Переведённые с Сестрорецкого завода мастеровые ещё некоторое время оставались в Колпине. Об этом известно из записки «Краткое замечание о колпинских заводах» от 25 февраля 1803 г., которую надворный советник Михаил Струм подал морскому министру контр- адмиралу П.В. Чичагову. В частности, в ней было сказано: «Систербецкую оружейную мастерскую с командою ея нужно весьма в скором времени перевести в Систербек14 и удалить мастеровых от колпинских, дабы прервать похищение казённому имуществу, которое между ними бывает, да и чужой команде здесь быть не совместно»15. Через месяц, 24 марта, М. Струм стал управляющим Адмиралтейскими Ижорскими заводами. По-видимому, его усилиями и был осуществлён окончательный перевод оружейников на Сестрорецкий завод, который в это время возглавлял генерал-лейтенант Еким Шрейдер фон Трейлебен, перешедший в российское подданство из австрийских дворян.
Между тем, к началу XIX века давно назрела реконструкция плотин в Сестрорецке и в Колпине. Вот что докладывал Шрейдер фон Трейлебен инспектору всей артиллерии генерал- лейтенанту А.И. Корсакову ещё в феврале 1801 г.: «Фундаменты под руслами в гнилости стоят, отчего оные и осели, в стенах происходит великая течь»16.
Перестройка гидротехнических сооружений была произведена практически одновременно, и в обоих случаях — по проектам иностранцев на русской службе. На Ижорских заводах каменная плотина взамен обветшавшей деревянной была построена в 1803–1804 гг. по проекту шотландца Чарльза (Карла Карловича) Гаскойна, назначенного руководить этими заводами 25 августа 1803 г. взамен М. Струма. Новую каменную двухпролётную плотину «на фабрике в Сестербеке» (так!)17 возвели в 1804 г. под руководством инженера голландца Франца (Павловича) де Воллана.
Необходимо отметить, что инженеры, осуществившие реконструкцию Ижорских заводов, ранее служили на Сестрорецком заводе. Некоторые результаты их деятельности сохранились до наших дней. Памятниками истории и культуры являются исторические здания Сестрорецкого оружейного завода, а в числе тех, кто их проектировал при реконструкции предприятия, названы инженеры Джеймс (Яков) Вильсон, его сын Александр (Яковлевич) Вильсон, К.К. Гаскойн18.
Известно, что А.Я. Вильсон, прибывший в Россию в 1784 г., в восьмилетнем возрасте вместе со своим отцом, кузнечным мастером, принимал участие в строительных работах в Царском Селе. В 1790 г. по указу императрицы Екатерины II оба они были переведены в Сестрорецк. Из послужного списка Якова Вильсона известно, что он прибыл туда 7 августа того же года; 9 января 1795 г. был произведён в прапорщики, 25 февраля 1799 г. переименован в коллежские регистраторы; 15 марта 1799 г. получил чин губернского секретаря «за введение новой методы в деле ружей единообразных» (т. е., за освоение производства типового оружия с взаимозаменяемыми деталями, что позволило значительно повысить производительность завода).

(Адмиралтейские Ижорские заводы. Гравюра. 1806)

Послужной список Александра Вильсона в это время в точности повторяет отцовский19.
К.К. Гаскойн, в то время начальник Олонецких горных заводов в Карелии и Александровской мануфактуры (на территории нынешнего Невского района Санкт-Петербурга)20, бывая в Сестрорецке по заданию императора Павла I, имел возможность наблюдать Александра Вильсона в деле. В результате 31 мая 1800 г. он по личной просьбе был уволен с Сестрорецкого завода «для определения к другим делам», став помощником Гаскойна на Олонецких заводах.
В 1803 г. К.К. Гаскойн, представив проект реконструкции Адмиралтейских Ижорских заводов, был назначен их директором. А.Я. Вильсон становится его ближайшим помощником. Яков Вильсон переводится с Сестрорецкого завода в Колпино 1 октября 1803 г. — в тот день, когда проект реконструкции Ижорских заводов был утверждён.
В течение последующих трёх лет проект, разработанный К.К. Гаскойном, остававшимся директором Ижорских заводов вплоть до дня своей смерти 19 июля (1 августа) 1806 г., был в основном осуществлён: перестроена главная плотина, прорыт полукруглый канал, завершённый плотиной, устроен бассейн для отвода воды. Однако вскоре, после разрушительного наводнения, стало ясно, что необходимы дополнительные гидротехнические сооружения. Построили их уже в первые годы руководства Александра Вильсона, ставшего директором Ижорских заводов 1 марта 1807 г.
Реконструкция гидротехнических сооружений — это только часть грандиозного проекта перестройки Адмиралтейских Ижорских заводов, но именно она во многом определила последующий градостроительный облик Колпина.
Было построено и много новых производственных корпусов и административных зданий. На Сестрорецком заводе значительное число построек датируется 1795 г., на Ижорских заводах — 1803–1805 гг. Специалист по промышленной архитектуре Санкт-Петербурга М.С. Штиглиц отметила в своей докторской диссертации: «Внешне скромные по архитектурно-художественным достоинствам постройки Ижорского и Сестрорецкого заводов <...> являются первыми примерами новой эпохи. В хронологическом, историко-техническом и историко-типологическом отношении эти постройки, ознаменовавшие новый этап в развитии российской промышленности, имеют общенациональную значимость»21.
…Прошло ещё сто лет, прежде чем на страницах «Истории Колпина» вновь оказался упомянутым Сестрорецкий завод, но уже не в связи с переносом оборудования или переводом работников. На дворе стояла эпоха революционных потрясений, и связи носили совсем иной характер.
В 1904 г. на Адмиралтейских Ижорских заводах, а в 1905 г. и на Сестрорецком заводе, были созданы большевистские организации. В октябре–ноябре 1905 г., когда ситуация на Ижорских заводах накалилась, большевики организовали среди рабочих боевые дружины. Через депутатов созданного здесь же Совета они достали оружие, в том числе винтовки с Сестрорецкого оружейного завода. На самом Ижорском заводе в кузнице стали ковать палаши, в чугунолитейной мастерской пытались изготавливать ручные бомбы… Вообще, в период Первой русской революции 1905–1907 гг. преступный канал поставки оружия из Сестрорецка для «партийных и профсоюзных боевиков», судя по всему, был отлично налажен: «Рабочие выносили его по частям и нелегально собирали “в своих сборочных мастерских”». Таким образом в одном только 1906 г. удалось заготовить «около 500 ружей. Причём “заготовители” вели работу столь умело, что не было ни одного провала»22.
Много общего прослеживается и в процессах, происходивших в 1917 г.: смена власти на заводах после Февральской революции; нарастающее влияние большевиков. В Сестрорецке оно было более явным, в Колпине членам РСДРП(б) пришлось противостоять многочисленной организации партии эсеров.
В конце августа 1917 г., в дни так называемого Корниловского мятежа, для колпинского отряда Красной гвардии большевикам удалось получить на Сестрорецком заводе 300 винтовок и ящики с пироксилиновыми шашками.
Установление контроля над заводами, производящими вооружение, было одной из важнейших составных частей большевистского плана подготовки вооруженного восстания. Это удалось, и винтовки Сестрорецкого завода, как и броневики Ижорского, сыграли свою роль в государственном перевороте октября 1917 г.
Эта последняя революция, произошедшая в условиях продолжавшейся Первой мировой войны и фактически уже начавшейся войны гражданской, имела тяжелейшие последствия для предприятий и рабочих Петрограда и Петроградской губернии. С 1 января по 1 сентября 1918 г. произошло обвальное сокращение численности рабочих: на Ижорском заводе с 8 627 до 1 224, на Сестрорецком — с 3 260 всего лишь до 19323. Катастрофически ухудшилось продовольственное снабжение. Обострилась социально-политическая обстановка. В результате начинает проявляться недовольство рабочих против новой власти, объявившей об установлении диктатуры пролетариата как формы государственного правления.

(Управление Сестрорецкого оружейного завода. Почтовая открытка. Начало ХХ века)

К числу первых относятся стихийные выступления в Колпине 9 мая и в Сестрорецке 11 мая 1918 г. Они имели разный сценарий, но в обоих случаях причиной стала нехватка продовольствия. Дело дошло до насильственных действий в отношении представителей местной власти и ответных мер по силовому подавлению недовольных.
Эти события, особенно в Колпине, нашли широкий отклик со стороны рабочих петроградских заводов, в первую очередь, объединённых в Чрезвычайное собрание уполномоченных фабрик и заводов Петрограда, находившегося под влиянием меньшевиков и эсеров. Резолюция, протестующая против массовых арестов рабочих, принятая ими 15 мая 1918 г., гласила: «За последние дни арестовано много товарищей рабочих заводов Сестрорецкого, Колпинского и Обуховского.
Советская власть, во всеоружии своей полицейской силы, опираясь на штыки и пулеметы ещё верной ей опричнины, хватает отдельных товарищей из рабочей среды, арестовывает избранных представителей рабочих, заключает их в тюрьму и застенки, арестовывает товарищей, выдвинутых рабочими для руководства нарастающим движением, организующих ряды рабочего класса, противодействующих успехам тёмной агитации и погромщины.
На требования хлеба она отвечает насилиями и арестами. <…>
Арестованные товарищи должны быть немедленно освобождены. Да здравствует неприкосновенность личности!»24
Оппозиционным партиям тогда всё ещё казалось, что советская власть носит случайный характер, и они надеялись поднять на массовое выступление против неё весь питерский пролетариат. Но этого не случилось.

(Адмиралтейские Ижорские заводы. Фото. Начало ХХ века
На переднем плане — главная плотина).

(Плотина № 2 на Адмиралтейских Ижорских заводах. Фото. Начало ХХ века)

На заседании Чрезвычайного собрания, состоявшемся 23 мая, с сожалением отмечалось, что «...колпинские и сестрорецкие события вызвали массу резолюций, которые, однако, не дали существенных результатов, не заставили говорить о себе всех и каждого. Все попытки протеста и волнения умерли. Комиссары имеют полное право говорить, что не выявилась воля петроградского пролетариата»25.
В советское время в недолгий период существования Пригородного района Ленинградской области (1930–1936 гг.) отношения между Ижорским и Сестрорецким заводами приобретают достаточно регулярный, но весьма специфический характер. В стране тогда развернулось так называемое «социалистическое соревнование», внедряемое на всех уровнях, но прежде всего, конечно, в промышленности.

Для Ижорского завода главным партнёром- соперником стал именно Сестрорецкий, в то время называвшийся уже Инструментальным заводом им. С.П. Воскова.
Соревнование касалось не только производства, но и других сфер, в том числе партийно- политической учёбы. О «драматическом последствии», случившемся после одного из таких «политбоёв» между ижорскими и сестрорецкими коммунистами, сообщалось в тогдашней районной газете: «Увлечение одно время политбоями и викторинами приводило, например, к таким возмутительным фактам: партгрупорг Потапова после “неудачи” в политбое с восковцами подала заявление о выходе из партии. Нервная, взвинченная “фронтовой” обстановкой т. Потапова не только была “убита” в бою, но морально подавлена (в ночь после боя не могла уснуть), решила, что в партии она не годна»26.
И с этим связано последнее упоминание Сестрорецка в «Истории Колпина».

Обложка книги
Е.П. Сизёнов, Р.С. Иволга, Г.А. Ефимова «История Колпина»: СПб., 2007

_____

1 Сизёнов Е.П., Иволга P.C., Ефимо- ва Г.А. История Колпина. СПб., 2007.

2 История Северной войны
1700–1721 гг. / Отв. ред.
И.И. Ростунов. М., 1987. С. 61.

3 Спиридонова Е.В. Экономическая политика и экономические взгляды Петра I / Под общ. ред. И.Д. Удаль-
цова. М., 1952. (далее: Спиридо- нова). С. 69.

4 Спиридонова.

5 Яковлев В.Д. Мой Сестрорецк: Записки краеведа о жизни родного города. Сестрорецк, 2006. С. 19.

6 Давиденко А.И. Сестрорецк: Очерки по истории города. Л., 1962 (далее: Давиденко). С. 14.

7 Большая Топонимическая энциклопедия Санкт-Петербурга:
15 000 городских имён / Под ред.
А.Г. Владимировича. СПб., 2013 (далее: БТЭ). С. 731.

8 Давиденко. С. 17.9 Кубарева А.С. История Сестрорецка и его завода // Курортный район: Страницы истории. Вып. 1. СПб., 2005. С.

9.Кубарева А.С. История Сестрорецка и его завода // Курортный район: Страницы истории. Вып. 1. СПб., 2005. С. 9.

10 Мещанинов М.Ю. Храмы и часовни города Колпино. СПб., 1998. С. 18.

11 Городков Г.И. Адмиралтейские Ижорские заводы. СПб., 1903. С. 10–11.
В 1748 г. А. Нитцель был переведён механиком на Тульский оружейный завод, где устанавливал машины, поступившие из Сестрорецка.

12 Сукновалов А.Е. Экономическая жизнь Петербурга до 60-х годов
XVIII в. // Очерки истории Ленинграда. Т. 1 / Отв. ред.
М.П. Вяткин. М.; Л., 1955. С. 67.

13 Это название было присвоено как раз в 1798 г. К тому времени рядом с ижорской пильной мельницей возникло несколько металлургических заводов, а также кирпичный.

14 Систербек, или Сюстербек — название торгового поселения, которое, согласно шведским источникам, с 1643 г. находилось на месте, где в будущем возник Сестрорецк (БТЭ. С. 731).15 Российский государственный архив Военно-морского флота. Ф. 166. Оп. 1. Д. 2908.

16 Рубакова Л.П. Иностранцы на русской службе. Сестрорецкий оружейный завод во второй половине XVIII — первой четверти XIX веков // Курортный район: Страницы истории. Вып. 7. СПб., 2012. С. 80.

17 Де Воллан Ф.П. Очерк моей службы в России // От  голландского капитана до российского министра: 250-летию Ф.П. де Воллана посвящается / под ред. В.Е. Павловой и В.М. Уржановой. СПб., 2003. С. 268.
Таким образом старинное шведское название местности Сестрорецка иностранцы на русской службе продолжали употреблять и в 1-й четверти XIX века, чего в БТЭ не отмечено.

18 Памятники истории и культуры Санкт-Петербурга, состоящие под государственной охраной: Справочник. СПб., 2003. С. 308.

19 Информация Л.Д. Бурим, директора Музея истории Ижорского завода.

20 См.: Андрейчева В.Ф. Шотландский след на территории Невского района // НТЖ. 2014. № 2. С. 50–51.

21 Штиглиц М.С. Промышленная архитектура Санкт-Петербурга XVIII — первой половины ХХ вв. Историко-культурные проблемы: Диссертация… доктора архитектуры. СПб., 2002

22 Давиденко. С. 72, 73.

23 Питерские рабочие и «диктатура пролетариата». Октябрь 1917–1929. Экономические конфликты и политический протест: Сб. документов. СПб., 2000. С. 63.

24 Питерские рабочие и «диктатура пролетариата». С. 98.

25 Там же. С. 97.

26 Социалистический пригород, 1934. 21 мая.

Здесь можете заказать или оставить отзыв о книге!
Отзывов еще никто не оставлял
Перезвоните!
Ожидайте, с Вами свяжутся!
Имя *
Телефон *
Предварительный заказ
Успешно отправлено!
Имя *
Телефон *
Добавить в корзину
Перейти в корзину
Заказ в один клик

Настоящим подтверждаю, что я ознакомлен и согласен с условиями оферты и политики конфиденциальности.